Николас с Petro всех мадурит. Станет ли Венесуэла местом самой грандиозной аферы XXI века

Объявить на весь мир, что создал обеспеченную нефтью государственную криптовалюту, потом провести в стране денежную реформу, привязав нацвалюту к «крипте» и объявить о всеобщем благосостоянии… Судя по всему, Petro – крупнейшее надувательство XXI века

Расследования, проведенные журналистами и независимыми экономистами, показали: «государственной криптовалюты Венесуэлы», Petro, на самом деле не существует. Как и ее «нефтяного обеспечения» — есть лишь месторождение, которое никто не разрабатывает. Да и по юридическому статусу — масса вопросов. Но это не помешало президенту Венесуэлы провести в своей стране целую денежную реформу, основанную на Petro.

Что делать, если боливар «того»?
Президенту Венесуэлы Николасу Мадуро в наследство от Уго Чавеса достался огромный государственный долг в 70% ВВП (на начало 2013 г.) и дефицит бюджета 13%. Мадуро благополучно все усугубил: сегодня госдолг страны оценивается порядка $100-150 млрд.
С того же 2013 г. Венесуэла страдает от гиперинфляции, которая практически уничтожила национальную валюту — боливар. Ее причиной стал обвал цен на нефть и макроэкономические диспропорции, которые привели к экономическому кризису. Хотя по словам Мадуро, страна стала жертвой «экономической войны, которую ведет против нее США».

По данным МВФ, в этом году уровень инфляции боливара может достичь 1 000 000%, а ВВП Венесуэлы упадет еще на 18%.

«Ситуация в Венесуэле очень похожа на Германию 1923 г. и Зимбабве конца 2000-х гг.», — указано в отчете МВФ.

Сами венесуэльцы уже давно предпочитают рассчитываться иностранными валютами или просто обмениваться товарами. Потому что отправляться за булкой хлеба с чемоданом боливаров — как-то неудобно…

Однако водитель автобуса, ставший президентом страны, нашел «выход» из инфляционной ловушки. В декабре 2017 г. Мадуро объявил о создании национальной криптовалюты El Petro, обеспеченной нефтью с местных месторождений. Цифровой Petro был призван обойти введенные США санкции и побороть гиперинфляцию. «За каждый El Petro — баррель нефти», — заявил президент Венесуэлы. Нефти в стране и в самом деле предостаточно, потому публика охотно разинула рты.

Скептики, правда, задавали вопросы — как криптовалюта, изначально не имеющая центра управления и не подлежащая контролю, вообще может быть государственной? Но в тот момент было не до скептиков: Мадуро объявил, что правительство выделяет 5 млрд баррелей нефти для обеспечения криптовалюты. Ценность El Petro подтверждалась сертифицированным нефтяным месторождением Ayacucho 1 с заявленным количеством нефти. Также Petro власти обещали обеспечить месторождением золота Арко Минеро в поясе реки Ориноко.

5 января 2018 г. Мадуро заявил, что Венесуэла выпустит 100 млн Petro на приблизительно $6 млрд. Тогда же он сформировал правительственный консультативный комитет по делам криптовалюты.

20 февраля 2018 г. началась официальная продажа Petro правительством Венесуэлы за другие валюты. Минимальная сумма покупки составляла 50 евро (или их эквивалент) на электронный кошелек или 1000 евро — на банковские депозиты. Казначейство США рекомендовало гражданам своей страны воздержаться от покупки. Цена на токен упала с первоначальной стоимости в $60 до $16,7. Однако через месяц правительство отчиталось о привлечении $3,3 млрд. Эту сумму якобы вложили международные инвесторы в первую в мире государственную криптовалюту, обеспеченную местной нефтью.

Но цена боливара продолжала стремительно падать. Летом на венесуэльском черном рынке можно было продать один доллар примерно за 3,5 млн боливаров. Несколько месяцев никто не понимал, зачем это вообще было нужно — выпускать Petro.

Однако в конце июля Николас Мадуро заявил о том, что страна нуждается в «экономической революции», и ее обеспечит новая валюта — т. н. суверенный боливар, который будет привязан к криптовалюте Petro (по курсу 1 Petro — 3600 суверенных боливаров). Новая валюта, в самом деле, была выпущена 20 августа. Bolívar Soberano напечатали в банкнотах номиналом 2, 5, 10, 20, 50, 100, 200 и 500. Старые боливары менялись на новые по курсу 100 000:1. Одновременно с 20 августа был повышен размер минимальной зарплаты — до 1800 суверенных боливаров.

Эту операцию критиковали многие. Венесуэльский экономист Асдрубал Р. Оливерос написал: «Суверенный боливар привязан к Petro. Просто фантастика. Эта криптовалюта держится только на доверии. Никто не доверяет боливару, никто подавно не доверяет Petro». О том же говорил профессор Луи Винсенте Леон: «Petro — это валюта без соответствующего обращения, она не располагает доверием участников рынка, она запрещена крупными экономиками. Привязывать боливар к Petro — это привязывать ничто ни к чему».

Один большой обман
Происходившее в Венесуэле привлекло внимание многих экономистов и журналистов, которые решили «копнуть глубже». В сентябре стали появляться публикации, из которых следовало: Petro — это, вероятнее всего, одно большое надувательство, умело созданная видимость чего-то.

Про Petro много пишут, но журналисты не смогли найти никого, кто бы реально использовал венесуэльскую криптовалюту. На криптобиржах (таких, как Coinbase или Bitfinex) Petro не торгуют, также ее не принимают розничные продавцы в качестве средства оплаты (хотя принимают многие другие криптовалюты). Транзакции Petro анонимны (как и у всех криптовалют), но можно посмотреть блокчейн — и там видно, что частота и объем сделок очень низки.

Дальше — больше. Правительство говорило о более $3 млрд, собранных к 20 марта, но министр кабинета, участвовавший в этом проекте, сказал Reuters, что в то время монета все еще находилась в стадии разработки и никто не мог ее использовать. У Главного управления цифровых активов (Superintendence of Cryptoassets) — государственного учреждения, стоящего во главе всего проекта Petro — нет физического офиса, а их веб-сайт не работает.

Не лучше дела и с «нефтяным обеспечением» El Petro. Правительство утверждает, что в регионе Атапирире находится запасов нефти на $5,3 млрд. Проблема в том, что у власти нет никакой инфраструктуры, инструментов и средств для освоения этих ресурсов. Журналисты Reuters выяснили, что упоминаемое президентом месторождение Ayacucho 1 никем не разрабатывается, а добыча нефти в том регионе даже не планируется.

«В деревне Атапирире, которая стоит прямо на месторождении нефти, есть ветхая школа, ухабистые дороги, частые отключения электроэнергии и постоянное недоедание. И ничего более», — пишет Reuters. По словам экс-министра нефтяной промышленности Венесуэлы Рафаэля Рамиреса, чтобы начать добычу нефти на Ayacucho 1, необходимы вложения на $20 млрд. Таких денег у страны просто нет.

Токен, а не койн
Судя по всему, кто-то из экономических советников Николаса Мадуро обратил внимание на криптовалютную моду пары последних лет — выпускать токены (виртуальные аналоги акций и облигаций), как бы обеспеченные реальными активами — золотом, лесом, гусями (реальный случай) и т.д. Сами токены продаются потом за реальные деньги, а вот насколько реально их обеспечение — в большинстве случаев можно только гадать. (С другой стороны — а насколько реально обеспечение долларовой купюры?)

Кто-то видит в этом новый уникальный финансовый механизм, кто-то — новый способ надувательства. Скорее всего, правы и те, и другие: все зависит не от технологии, а от того, кто и в каких целях ее использует. Важно понимать: токены — это не криптовалюта, общего с «койнами» (криптомонетами) у них только использование технологии блокчейн. Но криптовалюта обязательно имеет собственный блокчейн — т.е. цепочку блоков, в которые записываются все транзакции. Криптовалюты — это Bitcoin, Litecoin, Monero и многие другие, включая украинский Карбованец и белорусский Талер.

Токены же создаются на «чужом» блокчейне, то есть на технологической платформе, специально предназначенной для выпуска подобных учетных единиц. В данном случае, для выпуска Petro, была использована самая известная платформа, открытая и бесплатная, — Ethereum. Более-менее квалифицированному программисту чтобы запустить свой токен на Ethereum понадобится лишь несколько часов работы.

Это и есть главная составляющая «криптовалюты» Petro, все остальное — только заявления Николаса Мадуро и созданного им правительственного комитета.

Получается, что Petro обеспечена даже не нефтью, а обещанием президента Венесуэлы когда-нибудь разработать месторождение Ayacucho 1. А президент Мадуро своему слову, как известно, хозяин: захотел — дал, захотел — забрал обратно.

dsnews.ua



Добавить комментарий

Яндекс.Метрика